Заводы Akzo Nobel в России теперь находятся под управлением компании «Развитие строительных активов». Эти предприятия занимают 35% на российском рынке порошковых покрытий и производят декоративные краски под брендами Luxium, Omnitex, Topgrade и Materline. Новый управляющий планирует развивать локализацию продукции и восстанавливать контракты с государственными компаниями и оборонным комплексом.
Доли в российских активах компании Akzo Nobel N.V. были переданы во временное управление АО «Развитие строительных активов» по указу президента Владимира Путина, подписанному 13 июля. Управление касается АО «Акзо Нобель Декор», ООО «Акзо Нобель Коутингс» и ООО «Акзо Нобель Лакокраска».
Akzo Nobel функционирует с 1792 года, а в современном виде была образована в 1994 году в результате слияния с шведской Nobel Industries. Компания производит краски и покрытия под марками Dulux, International, Sikkens и Interpon. В 2025 году выручка группы составила €10,15 миллиарда, а EBITDA — €1,44 миллиарда, операционная прибыль — €1,16 миллиарда. Акции компании торгуются на бирже Euronext в Амстердаме.
Главный завод «Акзо Нобель Лакокраска» в России был запущен в 2007 году в Орехово-Зуево и занимает лидирующие позиции по производству порошковых красок, охватывая 35% внутреннего рынка, согласно отчетности компании.
Компания также экспортирует свою продукцию в Белоруссию и Казахстан. Основная мощность завода составляет 10 тысяч тонн, а участок с красками специального назначения — 1,2 тысячи тонн. В 2025 году было выпущено около 9 тысяч тонн продукции, используемой для производства металлической мебели, кухонных приборов и электронных устройств. Кроме того, у Akzo Nobel есть завод в Балашихе, который производит декоративные краски, и предприятие в Липецке, специализирующееся на покрытиях для рулонного проката и защитных покрытий под брендом International. В потребительском сегменте в России компания представлена брендами Luxium, Omnitex, Topgrade и Materline.
Выручка трех российских компаний Akzo Nobel в 2025 году снизилась на 18%, составив 17 миллиардов рублей, а чистая прибыль достигла 2,4 миллиарда рублей. В отчете компании за 2025 год указано, что после введения санкций ЕС в 2022 году большая часть бизнеса в сфере высокоэффективных покрытий была приостановлена, а оставшаяся деятельность оказалась изолированной. Запросы были направлены в головной и российский офисы Akzo Nobel.
Компания РСА была основана в сентябре 2025 года, акционеры не раскрываются. Этот случай стал вторым, когда иностранные активы переданы в управление государства; с 31 декабря 2025 года РСА также управляет активами производителя теплоизоляционных материалов Rockwool.
Генеральный директор РСА Тимур Амиров сообщил, что первоочередные шаги по развитию активов Akzo Nobel включают стабилизацию работы, сохранение рабочих мест и полный аудит финансовых и производственных процессов.
По его словам, как и в случае с Rockwool, планируется восстановление и локализация производства всех видов продукции в России, включая автомобильные и авиационные краски, а также возобновление контрактов с государственными компаниями и оборонным комплексом. Геннадий Аверьянов, директор ассоциации «Союзкраска», считает передачу активов Akzo Nobel ожидаемым шагом и предполагает, что заводы продолжат выпуск лакокрасочных материалов, используя свои компетенции.
Роман Прудентов, партнер и генеральный директор Stonebridge Legal, отмечает, что временное управление может быть отменено, если исчезнут причины для этого, однако практика последних лет показывает, что подобные активы могут оставаться под контролем государства длительное время и в некоторых случаях изменять собственника.
В конце 2025 года Akzo Nobel договорилась о слиянии с компанией Axalta Coating Systems, которая также работает в России. Axalta владеет 51% в ООО «Аксалта — Русские краски», занимающемся производством покрытий для автопрома. Юрист Максим Игнатов из Forward Legal подчеркивает, что введение временного управления в отношении российских активов Akzo Nobel не затрагивает портфель активов Axalta, однако нельзя исключать, что после завершения сделки государственные органы могут расширить меры контроля.
